обои элизиум 50525

2017-10-24 00:16




...Доктоp, какое я животное? Встаю утpом и сpазу начинаю штопать, гладить, готовить завтpак мужу и детям - словом, веpчусь, как белка в колесе. Сама поесть не успеваю, остають голодная, как волк. Иду на pаботу и целый день ишачу. Возвpащаюсь в автобусе и шиплю на всех от злости, как гусыня. Захожу в магазин и выхожу нагpуженная, как веpблюд. Пpихожу домой и снова стиpаю, подметаю, готовлю - в общем, pаботаю, как лошадь. Падаю в кpовать усталая, как собака. Муж пpиходит пьяный, плюхается pядом и говоpит: "Подвинься, коpова."


Ну что сказать об испанцах, если у них мужики носят имена Хуан, Хулио, Педро и Гомес, а бабы - Кончита и Хуанита






Да будь я хоть негром преклонных годов И то б я без слов и без лени Всех краснопузых мочил бы за то Что главный их - дедушка Ленин


Если хотите еще забавных историй про поляка Лешека, который голландцу экскурсию в «Майданек» устроил, то готов рассказать. Как я уже упоминал, Лешек – военный профессиональный, человек тренированный. Всю жизнь свою молодую посвятил Войску Польскому. Много где побывал, много чего повидал. Кое-что из увиденного, как сам говорит, и рад бы забыть, да не выйдет уже. Научился смерти не бояться, хотя эта безносая дама несколько раз очень пристально к Лешеку приглядывалась и однажды даже саваном своим взмахнула над его бритой ушастой головой. Но обошлось на тот раз. Позже и об этом могу рассказать, если будут желающие послушать. Надо сказать, что Лешек из себя совершенно не видный. Роста среднего. Телосложения плотного, с пивным пузиком. Походочка у него как у подвыпившего шпака – вразвалочку. На устах его всегда гуляет какая-то глупая ухмылочка. Портрет дополняют добрые швейковские глаза и оттопыренные уши на лысом черепе. Он и напоминает чем-то бравого солдата Швейка на рисунках чешского художника Йозефа Лады. Только внешность эта обманчивая, чтобы оппоненты не догадались раньше времени, с кем дело имеют. Не знают они, что этот пузанчик в день пробегает в среднем по 30 км, что обойму «Глока» (17 патронов) он высаживает без промаха по мишени за полторы (!) секунды. Да и много чего он еще умеет. Лешек женат. Уж 20 лет как женат. Взрослый сын у него, студент. Не всегда времени на семью хватает, потому что как у любого военного, а тем более у военного специального назначения, бывает так, что утром уйдешь на службу, а вот когда домой вернешься – штаб его знает. Но жена тоже внимания требует. Вот и повел ее однажды теплым летним вечером Лешек в кино. На последний сеанс, разумеется, чтобы романтичнее было, ведь за 20 лет совместной жизни так хочется в отношения вернуть немного романтики. Идут они вечерней Варшавой по тенистому парку, уже почти дошли до центра всяческих развлечений, где и кинотеатр имеется. Как вдруг из неприметной аллейки показались трое. Парни молодые, крепкие. Настроены решительно. Направляются уверенно к нашей припозднившейся парочке. Приблизились. Встали с трех сторон, пройти не дают. Парни смотрели недобро. - Пенёндзы гони, - процедил один из них, - а то бабу твою покоцаю и тебе пузо вскрою. В руках у парня был нож. «Да хрен с этими деньгами – отдам, - подумал про себя Лешек. – Я ведь с женой. Ее бы только не задели». Он полез в карман за кошельком и только тут понял, что забыл его дома, когда хотел переложить из форменных штанов в джинсы. «Вечер перестает быть томным», - решил про себя Лешек. - Нет денег, ребята, - с добродушной швейковской улыбкой сказал Лешек. – Мы так просто гуляем. - Че?! – не понял грабитель. – Че сказал?! Парень замахнулся ножом, но не на Лешека, а на его жену. Дальше Лешек уже действовал, подчиняясь исключительно наработанным за годы тренировок рефлексам: жену отодвинул легонько в сторону, забрал у парня нож, положил парня навзничь на землю, нож выкинул подальше. Второго парня положил рядом с первым, а третьего (О! А он, оказывается, тоже с ножом! Надо забрать.) – рядом со вторым. Парни лежали жалкие и скукоженные, они уже не хотели деньги Лешека, а хотели выкашлять свои легкие наружу. Лешек глянул на жену. И сердце его замерло и, оборвавшись, ухнуло куда-то вниз. Жена тоже лежала на земле, вздрагивая в конвульсиях. «Этот третий, с ножом! Успел ее ударить. Только бы не ножом в живот. Так, надо в больницу! Срочно! Надо кровь остановить!» - пронеслось в его голове. - Беата! – Лешек повернул ее лицом к себе. – Где больно? Он ранил тебя? Куда он попал? Жена сотрясалась от рыданий. - Не ранил, - сквозь слезы выдавила она. - А чего ревешь? Испугалась? - Ты меня так сильно толкнул, а потом его… И он упал… А ты ему ногой в лицо… А потом и второго… И тот, третий, упал… Ты, наверно, ему руку сломал… Я с тобой уже двадцать лет живу и не знала, какое ты чудовище! Нельзя же так бить людей!